Трон из костей дракона. Том 1

Первый роман прославленной трилогии "Память, Скорбь и Шип", названной в честь трех легендарных мечей. Это история Саймона, юноши, работающего на кухне королевского замка и ученика мага. Фантазии и мечты о великих победах и героических подвигах становятся шокирующей реальностью, когда его мир разрывается на части в огне гражданской войны – войны, питаемой древней ненавистью, бессмертными врагами и мрачным колдовством. Том 1 двухтомного издания романа.

 Первый роман прославленной трилогии «Память, Скорбь и Шип», названной в честь трех легендарных мечей. Это история Саймона — юноши, работающего на кухне королевского замка и ученика мага. Фантазии и мечты о великих победах и героических подвигах становятся шокирующей реальностью, когда его мир разрывается на части в огне гражданской войны — войны, питаемой древней ненавистью, бессмертными врагами и мрачным колдовством. Новый и полный перевод первого романа трилогии, сделавшей Тэда Уильямса звездой эпического фэнтези. Том 1 двухтомного издания романа. «Сногсшибательно». — Патрик Ротфусс «Настоятельно рекомендуем. Автор использует множество мифологий для фона своего эпика, создавая цельную историю, приправленную политическими интригами и сильными привлекательными героями». — Library Journal «Читатели, которым нравится погружаться в длинные сложные истории эпического фэнтези, окажутся здесь в своей стихии». — Locus «Экзотические миры Светлого Арда завораживают любителей фантастических приключений. Книга Тэда Уильямса — это восторг, роман, который дарит чудесное бегство от мира обыденности и банальности». — Rave Reviews «Это книга, которую вы хотите прочитать за один присест. Никто не пишет о конфликтах и мифах лучше, чем Тэд Уильямс. Он реально создает расы и нации этого мира, полного легенд, могущественных сил и религий. Герои оживают, и читатель начинает по-настоящему беспокоиться об этих персонажах, как они беспокоятся друг о друге». — The Intergalactic Reporter «От панорамных пейзажей, напряженных и жестоких сражений, до мельчайших слабостей и личных склок между персонажами, письмо Уильямса привлекательно и запоминается. Герои мгновенно поселяются в нашем сознании как живые, дышащие люди, захваченные событиями, выходящими за пределы их понимания, за пределы их мира, но никогда не теряющие своего существования как личности». — Amazon